Артур Адис, владеющий 45% долей в ООО «РосСтрой», обнаружил, что другие участники общества — Сергей Двуреченский и Петр Калинин — фактически перевели бизнес в конкурирующие компании ООО «Бест» и ООО «Булат». С 2017 г. ООО «РосСтрой» прекратило хозяйственную деятельность, хотя располагало значительными активами в виде строительной техники. Эту технику, по мнению истца, безвозмездно использовали связанные с другими участниками компании для выполнения строительных работ и получения прибыли. Адис обратился с иском о взыскании около 115 млн рублей неосновательного обогащения в пользу ООО «РосСтрой». Апелляция удовлетворила требования частично, взыскав с ООО «Бест» и ООО «Булат» более 115 млн рублей, однако суд округа отменил это решение, указав, что участник общества не вправе предъявлять иск о неосновательном обогащении. Адис пожаловался в Верховный Суд, настаивая, что этот спор является корпоративным и он вправе подать косвенный иск в защиту общества, а лицо, использующее чужое имущество, обязано возместить все извлеченные доходы. Судья ВС РФ Е.Е. Борисова передала спор в Экономколлегию, которая отменила акты нижестоящих судов и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции (дело № А56-94333/2023).
Фабула
Участниками ООО «РосСтрой» со 2 июня 2010 г. являлись Сергей Двуреченский (45% долей), Артур Адис (45% долей) и Петр Калинин (10% долей). Калинин с 3 июня 2010 г. занимал должность гендиректора.
Общество приобрело земельный участок и специальную строительную технику балансовой стоимостью более 61 млн рублей: экскаваторы, грунтовый каток, комплекс горизонтально направленного бурения, кран-манипулятор, грузовой тягач и другое оборудование.
В дальнейшем в ООО «РосСтрой» возник длительный корпоративный конфликт между Калининым и Двуреченским с одной стороны и Адисом — с другой. С 2017 г. ООО «РосСтрой» прекратило хозяйственную деятельность, несмотря на наличие значительных активов.
В январе 2021 г. Адис узнал, что гендиректор Калинин и главный бухгалтер Ипатова работают в принадлежащем Двуреченскому ООО «Бест», которое осуществляет аналогичные виды деятельности. Идентичную деятельность вело также ООО «Булат», учрежденное тещей Двуреченского.
В апреле 2022 г., ознакомившись с банковскими выписками в рамках дела о банкротстве ООО «Бест», Адис обнаружил, что это общество в период 2017–2021 гг. не платило за аренду строительной техники третьим лицам.
Адис обратился в арбитражный суд с иском о взыскании 173,4 млн рублей ущерба к ООО «Бест», ООО «Булат», Двуреченскому, наследнице Калинина — Татьяне Калининой и учредительнице ООО «Булат» Галине Виноградовой.
Адис указал, что ответчики безвозмездно использовали принадлежащую ООО «РосСтрой» технику и получили неосновательное обогащение в виде неуплаченных арендных платежей.
Калинина предъявила встречный иск к Адису о взыскании 296 тыс. рублей ущерба, причиненного ООО «РосСтрой» использованием его строительной техники иным лицом.
Первая инстанция отказала в удовлетворении как первоначального, так и встречного исков. Апелляция удовлетворила требования частично, взыскав с ООО «Бест» и ООО «Булат» более 115 млн рублей, однако суд округа отменил это решение, указав, что участник общества не вправе предъявлять иск о неосновательном обогащении.
Адис пожаловался в Верховный Суд, который решил рассмотреть этот спор.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции исходил из недоказанности недобросовестности действий ответчиков. Из пояснений Двуреченского установлено, что технику ООО «РосСтрой» гендиректор Калинин передал на хранение в связи с истечением срока полномочий, отсутствием решения об их продлении и плохим техническим состоянием техники.
Бесспорных доказательств того, что ответчики сдавали в аренду именно имущество ООО «РосСтрой», истец не представил. Само по себе наличие у участника корпоративных связей с другим юридическим лицом в той же сфере не свидетельствует о действиях во вред обществу. Во встречном иске суд отказал из-за отсутствия расчета убытков и доказательств.
Апелляция перешла к рассмотрению дела по правилам первой инстанции. Адис уточнил требования, попросив взыскать солидарно: с Виноградовой и ООО «Бест» — около 39 млн рублей, с Двуреченского и ООО «Бест» — около 63 млн рублей, с ООО «Булат» и Калининой — около 13 млн рублей.
Суд апелляционной инстанции отменил решение и частично удовлетворил иск, взыскав с ООО «Бест» около 102 млн рублей и с ООО «Булат» около 13 млн рублей неосновательного обогащения. Апелляция установила, что эти общества выполняли работы с использованием техники ООО «РосСтрой» и получали прибыль, поэтому обязаны уплатить за пользование.
Срок исковой давности суд признал не пропущенным, поскольку о нарушении прав Адис узнал только из ответов конкурсного управляющего ООО «Бест». В требованиях к физическим лицам суд отказал — доказательства получения ими неосновательного обогащения и оснований для применения ст. 53.1 ГК РФ отсутствовали.
Суд округа изменил постановление апелляции и отказал в первоначальном иске полностью. Кассация исходила из того, что у Адиса как участника ООО «РосСтрой» отсутствует право на предъявление иска о взыскании неосновательного обогащения. Такое право не предусмотрено ст. 53.1, 65.2 ГК РФ, ст. 8 Закона об ООО и ст. 225.1 АПК РФ.
Что думает заявитель
Адис указал, что настоящий спор по своей правовой природе является корпоративным и обусловлен причинением вреда обществу, участником которого он является. Поэтому он имеет право на предъявление косвенного иска в защиту интересов ООО «РосСтрой».
Суд округа не поставил под сомнение выводы апелляции о противоправности действий ответчиков по умышленному созданию «параллельного бизнеса» исключительно в целях причинения убытков обществу. Тем не менее кассация изменила постановление и полностью отказала в иске.
Адис сослался на правовую позицию Верховного суда из определения от 20 декабря 2022 г. по делу № 305-ЭС22-11906. Согласно этой позиции лицо, на которое выведены активы, не освобождается от обязанности возместить все доходы, извлеченные из неосновательного получения или использования чужого имущества. При ином подходе неосновательно обогатившееся лицо, пользуясь чужим имуществом, не несло бы никаких негативных экономических последствий и не было бы стимулировано к скорейшему возврату имущества потерпевшему.
Что решил Верховный Суд
Судья ВС РФ Е.Е. Борисова передала спор в Экономколлегию.
ВС указал, что настоящий спор по своей правовой природе является корпоративным и обусловлен причинением вреда ООО «РосСтрой», участником которого является Артур Адис. В связи с этим Артур Адис имеет право на предъявление косвенного иска, направленного на защиту интересов ООО «РосСтрой».
Такое право предоставлено участнику хозяйственного общества в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ, п. 1 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 65.2 ГК РФ, в силу которых участник, действуя в интересах юридического лица, вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных этому лицу. Коллегия сослалась на п. 32 постановления Пленума ВС от 23 июня 2015 г. № 25, согласно которому участник корпорации, обращающийся от ее имени в суд с требованием о возмещении убытков, в силу закона является ее представителем, а истцом по делу выступает сама корпорация.
ВС разъяснил, что инициировать процесс по косвенному иску может законный представитель организации, лично для себя ничего не приобретающий в случае принятия решения в пользу организации. Участник корпорации действует не только в интересах корпорации как ее представитель, но и преследует свой опосредованный (косвенный) интерес, который обосновывается наличием у общества материально-правового требования, обусловленного недопущением причинения ему ущерба. Интерес юридического лица производен от интересов его участников, поскольку интересы общества предопределяются ими, и удовлетворение интересов компании обеспечивает удовлетворение интереса ее участников.
Суд округа ошибочно пришел к выводу об отсутствии у Артура Адиса полномочий на предъявление иска о взыскании в качестве убытков неполученных арендных платежей от использования ООО «Бест» и ООО «Булат» инженерной техники и автотранспорта ООО «РосСтрой». Судебная практика опирается на возможность предъявления требований о взыскании убытков к контрагенту — участнику вывода имущества наряду с лицами, поименованными в ст. 53.1 ГК РФ.
Если гендиректор хозяйственного общества действовал с заинтересованностью (в условиях конфликта интересов) и допустил незаконную передачу имущества общества третьим лицам, он может быть привлечен к имущественной ответственности на основании п. 1 ст. 53.1 ГК РФ в форме возмещения убытков, в том числе упущенной выгоды. При этом участник оборота, в интересах которого действовал гендиректор, в силу п. 1 ст. 1107 ГК РФ не освобождается от обязанности возместить все доходы, которые он извлек или должен был извлечь из неосновательного получения (использования) чужого имущества. При ином подходе неосновательно обогатившееся лицо, пользуясь чужим имуществом, не имело бы никаких негативных экономических последствий и не было бы стимулировано к скорейшему возврату имущества потерпевшему.
Коллегия подчеркнула, что право общества на предъявление иска о взыскании упущенной выгоды к собственному единоличному исполнительному органу не исключает возможности предъявления иска к неосновательно обогатившемуся лицу, участвовавшему в выводе имущества. К совпадающим обязательствам этих лиц перед обществом подлежат применению нормы о солидарных обязательствах (п. 4 ст. 1, ст. 323 ГК РФ).
Суды не дали надлежащей правовой оценки тому обстоятельству, что гендиректор ООО «РосСтрой» Калинин действовал с заинтересованностью по отношению к ООО «Бест» и ООО «Булат», допустив использование последними коммерческих возможностей ООО «РосСтрой», связанных со спорной техникой и оборудованием. Это в соответствии с п. 4 ст. 1, ст. 53.1 и 1107 ГК РФ образует достаточные основания для возложения на Калинина и указанные общества обязанности по возмещению упущенной выгоды.
Экономколлегия также указала, что суд апелляционной инстанции в нарушение ст. 71, ч. 1 ст. 168 АПК РФ по существу не проверил обоснованность представленного Артуром Адисом расчета исковых требований, основанного на косвенных доказательствах использования ООО «Бест» и ООО «Булат» инженерной техники ООО «РосСтрой». Суду следовало дать оценку разумности предложенного истцом подхода к определению размера убытков и установить, приведет ли применение данного подхода к получению справедливой (соразмерной) компенсации, отвечающей уровню дохода, который мог быть получен ООО «РосСтрой» с использованием техники.
При определении упущенной выгоды необходимо учитывать затраты, которые лицо обязано было бы понести в связи с извлечением прибыли, то есть из вероятного дохода необходимо вычесть расходы на его извлечение. Если подсчет упущенной выгоды производится на основании доходов ответчика, то необходимо учитывать объем затрат, который понес ответчик для извлечения этого дохода. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности, а суд не может отказать в возмещении убытков только на том основании, что их размер не может быть точно установлен.
Итог
ВС отменил акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Почему это важно
Довольно часто в судебной практике встречаются иски о возмещении вреда, причиненного недобросовестными действиями контролирующих лиц, отметил Дмитрий Ситников, генеральный директор Юридической компании «ПРОМКОНСАЛТИНВЕСТ».
Нередки в практике и случаи, когда имуществом юридического лица, находящегося в стадии банкротства или в корпоративном конфликте, недобросовестно пользуются иные лица, без выплаты надлежащей компенсации, констатировал он.
В данном деле Верховный Суд подробно рассмотрел как доводы сторон по данному делу, так и основания, из которых исходили суды всех инстанций при принятии решений, указал Дмитрий Ситников.
ВС РФ в очередной раз обоснованно подчеркнул, что участник общества является процессуальным истцом, а материальным истцом и лицом, обладающим действительным материальным интересом, является само общество, которому причинены негативные экономические последствия от действий участника или третьего лица. Кроме того, с учетом фактической индивидуализации иска также неважно, как участник сформулировал свои исковые требования: именно суд осуществляет окончательную квалификацию спорных правоотношений.
Важные выводы и заключения, к которым пришел Верховный Суд в данном решении, безусловно повлияют на позиции судов, полагает Дмитрий Ситников.
Требования истца в комментируемом деле были изначально сформулированы как требования о взыскании убытков (в том числе, упущенной выгоды), поэтому строго формально ВС РФ говорит именно о деликтной ответственности, к которой субсидиарно применяет нормы об ответственности кондикционной, подчеркнул Арутюн Саркисян, адвокат, эксперт в области судебно-арбитражной практики и банкротства.
Ранее, напомнил он, окружные суды часто отказывали во взыскании в похожих делах, ограничивая право участника корпорации только взысканием убытков и разве что в редких случаях. Сейчас ВС РФ обоснованно отметил, что материальный интерес общества заключается в компенсации причиненных обществу потерь безотносительно того, кем (обществом или участником) такой иск предъявлен.
«ВС РФ в очередной раз обоснованно подчеркнул, что участник общества является процессуальным истцом, а материальным истцом и лицом, обладающим действительным материальным интересом, является само общество, которому причинены негативные экономические последствия от действий участника или третьего лица. Кроме того, с учетом фактической индивидуализации иска также неважно, как участник сформулировал свои исковые требования: именно суд осуществляет окончательную квалификацию спорных правоотношений».
